Anido_
Everything will be okay in the end. If it's not okay, it's not the end//Smart has the plans, stupid has the stories (c).
Начну нелогично с внеконкурса)))

Название: Подруга
Автор: Anido_Lucifer
Бета: АД
Размер: мини, 1435 слов
Персонажи: Харли Макфинн (Луп-Гару), волчица
Категория: гет
Жанр: POV, романс
Рейтинг: G
Краткое содержание: наконец-то нашлось существо, с которым я мог быть рядом и мог не бояться ранить. И я мог быть самим собой
Примечание: преканон "Луна светит безумцам" Джима Батчера (серия "Досье Дрездена")
Дисклеймер: не претендуем на мир и персонажей
Размещение: запрещено без разрешения автора
Замечание автора:Написано на WTF Combat 2014 для команды WTF Werewolves 2014


В разных семьях бывают разные наследия. В каких-то — богатство, в других — бедность. Кто-то оставляет на память потомкам замки и труднопроизносимые титулы, другие — "букеты" различных психозов и страхов.
В моей семье наследие — это проклятие. Никто уже и не помнит, за что прокляли моего беспутного ирландского предка. По слухам, это сделал сам Святой Патрик. Впрочем, повода для гордости я не вижу — лучше бы этот святой поперхнулся или представил, на что обрекает будущих потомков.
Может быть, он бы одумался.
Как и все мои многочисленные прадедушки, которые продолжали жениться и плодить всё новых и новых чудовищ.
Я-то точно решил для себя, что никогда не женюсь. Да, я бы мог оставить своему сыну огромную кучу денег, домов, бизнес, а также насильственную смерть в конце веселой жизни.
Ах да, а ещё он каждое полнолуние будет обрастать шерстью, выть на луну и рвать в клочки всё и всех, что сможет поймать.
Я, к счастью, не помню подробностей этих ночей, но даже немногочисленных следов и намеков достаточно — я могу догнать и убить любое существо. И явно пылаю ненавистью к человеку и всему, что с ним связано. Видимо, мой Луп-Гару помнит, по чьей вине это происходит, и выражает ярость единственно доступным образом.
Привыкнуть к такому невозможно. К счастью, кто-то из моих предков озаботился этой проблемой и нашёл решение хотя бы в пределах дома. В моем подполе есть специальный круг, который и сдерживает ужасного монстра на протяжении всей полной луны. Моя основная проблема — не выдать закономерности своих исчезновений. Удобно всё-таки, что богатеи могут вести себя как угодно странно и просто слыть эксцентриками. Если бы ещё не необходимость постоянных деловых поездок... Обычно в таком случае я настаиваю, чтобы переговоры проходили в очень отдаленных от городов уголках. Там меньше шансов в лесу столкнуться с кем-то. Хотя, конечно, это неоправданный риск. Так что я езжу редко, чаще сваливая необходимость на помощников.
Но от поездки к Скалистым горам Америки отвертеться не удалось. Я приложил все силы, чтобы отсрочить визит или хотя бы связаться с магом, но мне не везло.
Ужасно жаль, что в первую же ночь мой Луп-Гару радостно унесся на охоту. Проснулся я утром в лесу, на великолепной подстилке из мха. В лицо настойчиво бил свет вставшего солнца. Несколько секунд позволил себе просто полежать. Обычно я терпеть не могу такие пробуждения — это как проснуться после недельного запоя (такое в моей жизни тоже было, удивительно, правда?) с тяжелой головой, противным чувством амнезии, отвратительным привкусом во рту и телом, в котором болит каждая проклятая косточка.
Но в это раз было явное отличие. Я проснулся не один. Рядом со мной лежала огромная волчица. На её морде было написано такое явное ошеломление пополам с изумлением, что я не выдержал, закинул голову и расхохотался. Я не знал, что там мог наобещать ей мой гипертрофированный волк, но явно не то, что утром он превратится в противного, голого и совершенно бесполезного человечка.
— Прости, — я успокоился. — Прости, подруга, правда. Эта не наша вина.
Я продолжал отрицать общее с Луп-Гару. Мы разные и дежурим в разные смены. Волчица фыркнула и села. Странно, но страха я не чувствовал, хотя сидел рядом с хищником. Как можно догадаться, ни одежды, ни, тем более, оружия у меня не было. На самом деле, я довольно мало знал о волках и их привычках, но почему-то чувствовал, что могу не бояться.
Дорога домой была долгой. Хорошо, что никто не встретился. А то было бы довольно трудно объяснить, почему это в день важного совещания я сверкаю голой задницей. Волчица всю дорогу шла рядом. Правда, похоже, моё явное стремление вернуться в дом вызвало у нее ещё больше отвращения. Она презрительно посмотрела на меня, махнула хвостом и исчезла без единого звука.
Я весь день посмеивался и улыбался, вспоминая утреннюю знакомую. Лишь вечером я сообразил, что во-первых, мой Луп-Гару явно не так уж и сильно буянил прошлой ночью. Во-вторых, волчица была в полном порядке. Я не нападал на неё. Это меня странно приободрило.
Вечером я не мог работать, то и дело косился в окно. До луны было далеко, но я был готов поклясться, что слышал ворчание волка в голове. Лес звал меня, манил. Я тряхнул головой, но, когда где-то вдалеке различил первый перелив воя, понял, что работать не смогу.
А ещё, что я определенно эгоист, раз рискую чьей-то жизнью. Но рука уже дернула галстук, убирая ненужную тряпку.
Утром я снова был в лесу и не один. В этот раз моя знакомая отнеслась к перемене более снисходительно. Я же просто потянулся, думая, что чувствую себя куда как лучше. Правда, дико хотелось пить. Моя спутница разделяла мои убеждения и уверенно пошла в сторону. Последовав за ней, я был вознагражден небольшим чистым ручейком. И лишь упав на колени и наклонившись к воде, я понял, что делаю что-то не так. Я же не могу лакать. Меня напугал внезапный приступ волчьих привычек с утра. Я мрачно хмурил брови, пока волчица не ткнулась головой в мои босые ноги и не заворчала.
— Да, да, — пробормотал я, рассеяно гладя её шерсть. — Ты права, не стоит мне переживать. Пока.
Две ночи мы охотились вместе, и я был уверен, что наша добыча не была человеческой. Пожалуй, впервые за свою жизнь я чувствовал странное умиротворение, а лес не вызывал мрачного настроения. Но потом... потом Луп-Гару заснул на месяц.
Следующие несколько дней я хандрил. Наконец-то нашлось существо, с которым я мог быть рядом и мог не бояться ранить. И я мог быть самим собой. Когда ты — проклятый оборотень, заводить друзей довольно сложно. Я придумал повод для задержки в Штатах, решил начать новый проект.
Мне нужно было тут остаться.
Впервые я ждал полнолуния. И моя подруга-волчица меня не подвела. Первым же утром я открыл глаза и широко улыбнулся. Она заворчала и лизнула мой нос.
Больше уехать я не мог.
Теперь волчица даже днем не уходила далеко от моего лесного дома. Я частенько видел быстрый промельк серой тени, по вечерам за мной следили внимательные огоньки-глаза. Я старался как можно чаще выбираться на прогулку, играть с волчицей, шутливо воюя за палку.
Порой я даже жалел, что не помню тех ночей, когда мы могли бежать на равных, когда вой обретал для меня больший смысл.
Мы знали друг друга уже полгода, когда я начал замечать странные перемены — волчица часто замирала на месте, напряженно глядя на запад. Она стала реже появляться у моего дома, порой могла зарычать. Почти сразу она начинала по-своему просить прощения, но я чувствовал, что её что-то беспокоит. И вот однажды она не пришла. Я прочесал ближайший участок леса, но лишь наткнулся на знакомые следы. Они вели на запад.
Два месяца прошло в странном беспокойстве. Я не рискнул охотиться снова в одиночестве. С каждым днем мой страх рос. Мою подругу могли убить охотники. Или она могла получить рану во время охоты. Напрасно я убеждал себя, что она просто ушла к своим, нашла стаю.
Я начал работать над тем, чтобы выкупить зону леса и сделать его заповедником. "Зелёные" пришли в восторг от этой идеи и с радостью меня поддержали. В отличие от коллег-бизнесменов. А я думал только о том, что мог опоздать и не спасти волчицу.
Она вернулась так же внезапно — я пришёл с очередных дебатов, а на моем пороге невозмутимо лежала волчица. Мне, правда, показалось, что она выглядит чуть изможденной, похудевшей, но как я был рад снова увидеть её! Она долго ласкалась, как будто прося прощения. А я мог думать лишь о том, что до полной луны целых десять дней...
Было невероятно снова проснуться в лесу и чувствовать у бедра знакомое тепло. Я ласково потрепал волчицу за ушами и широко зевнул.
Она дружески оскалилась, а потом вдруг как-то собралась.
Произошедшее потом я вряд ли смогу описать. Со стороны мне казалось, что волчица как будто пытается выпрямиться, хотя она оставалась на четвереньках. Шерсть исчезала, морда как будто укорачивалась, перетекала в лицо, исчезали когти, менялись лапы. Не самое приятное зрелище, но результат...
Я поспешно переменил позу. В такие моменты неудобно быть голым.
Женщина передо мной была прекрасна. В каждом движении, в каждой черточке я угадывал знакомую грацию хищника. Когда она открыла янтарно-желтые глаза, я увидел знакомую насмешку.
— Наши предки когда-то охотились вместе, — сказала она, чуть медленно, неуверенно. — Это было очень давно. Тогда грань между людьми и зверями была зыбкой. Почти не осталось воспоминаний об этом. Мне пришлось проделать долгий путь к горам, чтобы найти того, кто помнит.
Её голос был приятным, чуть низким, со странным акцентом, но я слушал её речь как музыку.
— Меня... меня зовут Харли Макфинн, — немного не к месту представился я и чуть не отругал себя вслух за такой идиотизм.
Но она лишь как-то по-волчьи улыбнулась и встала одним плавным движением, протянула мне руку.
— Ты можешь называть меня, — на миг она задумалась, чуть пошевелила губами. — Тера. Я знаю, что у вас, людей, два имени. Второе можешь придумать сам.
Я широко улыбнулся и сжал её ладонь в своей. Даже если я сейчас придумаю тебе фамилию, думал я, очень скоро она сменится на Макфинн...

@темы: werewolves party, Dresden, Фанфики